История русского освоения Сибири неразрывно связана с историей основных путей из Руси за Югорский Камень. За первые столетия знакомства русских с далекими восточными территориями несколько раз менялись маршруты проникновения в богатые и обширные земли, получившие со временем название Сибирь.

Первые камни в фундамент здания истории Сибири заложил еще Г. Ф. Миллер (1705 – 1783). После него десятки историков посвятили свои труды великой эпопее русского движения «встречь солнца». Заметное внимание в этих исследованиях уделялось и уделяется морским, речным и сухопутным путям, без которых невозможно было даже надеяться на освоение столь огромных пространств. Не последнее место отводилось и изучению пути вдоль Туры, долгое время бывшему главной государевой дорогой в Сибирь. К сожалению, многие вопросы истории этого пути за прошедшие века изучения остаются не выясненными, а иногда и мифологизированными.

Что встретили русские за Камнем? Какова была политическая карта Сибири в конце XVI века? Как далеко простиралась власть ханов Искера в бассейне Туры? В краеведческой литературе распространен миф о татарском административном центре в Епанчине юрте – месте, где был поставлен город Туринск. Из книги в книгу, из статьи в статью тиражируется версия о крупном княжеском центре с мощными укреплениями, многочисленным гарнизоном и т.д. Вершиной этого «творчества» стала статья А. Новоселова в сборнике «На государевой дороге». Между тем ещё Г. Ф. Миллер опубликовал документ, позволяющий судить о размерах Епанчина юрта в 1600 году: «у остяцкого головы у Япанчи в юрте всего 8 человек, да и те стары и нужны, послати для вестей неково». Всего в юртах по Туре насчитывалось 34 человека и на Нице – еще 13. О каком мощном княжестве может идти речь?

В другой грамоте (1601 года) точно указано место, где находился центр татарского управления на Туре: «от острогу (Туринского) к Тюмени: юрт Ебарков, от острогу верст с 5, поле десятин с 50, юрт Нагаев, юрт Аккана, юрт Небольсин, что было городище Кучумова брата…». Следовательно, кто-то из родственников сибирского хана имел резиденцию ниже по реке, чем Епанчин юрт. Вряд ли, при столь малочисленном населении на Туре могло быть два или более административных центров. Поэтому вопрос о Епанчине юрте, как крупном объекте при Кучуме, снимается. Также очевидно, что ставка правителя вряд ли находилась на самом краю татарских владений. Как далеко простиралась власть ханов вверх по Туре? В вышеупомянутой грамоте 1600 года население юртов по Туре выше Туринска названо «пашенные остяки». Последним вверх по реке назван юрт Санкин, а «выше того юрта пал в Туру Тагил, а выше Тагильского устья пашенных тотар нет». Очевидно, что остяки здесь названы татарами не по этническому признаку. Видимо, это след их бывшего подданства Сибирскому ханству (татарами в Золотой Орде называли все подчиненное население). В таком случае границей владений хана могло быть устье реки Тагил.

На это же косвенно указывает еще один документ, опубликованный Г. Ф. Миллером. В 1574 году Строгановым была выдана жалованная грамота, в обширном тексте которой содержатся явные противоречия и имеются неясные географические объекты. Согласно документа Строгановым были отданы «Тахчеи и Тобол река». Документ неоднократно комментировался исследователями, в результате чего появилось несколько версий о нахождении волости Тахчея. По одной из версий «Тобол» грамоты – река Тура (приток Тобола), а Тахчея – волость в районе Епанчина юрта. По другой версии, Тахчея находилась на среднем течении собственно Тобола (на территории современной Курганской области). Есть и другие мнения. Общая ошибка исследователей в том, что они совмещают понятия «Тобол» и Тахчея. Между тем из текста грамоты видно, что речь идет о разных землях с разным политическим статусом и с разной историей. Одна территория – «наша отчина»; другая (Тахчея) – «нам дани и в Казань ясаков не давали». Следовательно, именно «Тобол» документа считался владением русского царя. И не просто формальным владением. В грамоте есть ключевая одна фраза, обойденная вниманием исследователей: «А где будет в тех местех старые села, и деревни, и починки и в них жильцы, и Якову и Григорью (Строгановым) в те места не вступатися, а быти тем по старому в тягле и во всяких наших податех.» То есть, на «Тоболе» были русские поселения, судьба которых на момент составления грамоты была не ясна. Неизвестность обуславливалась недавним набегом сибирских татар, который, собственно, и послужил причиной выдачи жалованной грамоты Строгановым.

Очевидно, что царь реально не мог ни считать своей вотчиной, ни пожаловать реку Тобол «с реками и с озеры, и до вершин». Не могло быть на Тоболе и русских деревень. Совсем уж фантастично пожалование приписанных в конце грамоты земель «на Иртыше и на Обе». Напрашивается вывод о фальсификации грамоты Строгановыми, феодальные аппетиты которых хорошо известны. Вероятнее всего, что в подлинном тексте документа стояло название реки Тагил (Тогул), которое несложно переделать в «Тобол». Если это так, то в 1570-х годах весь бассейн Тагила считался русским владением, а в районе пересечения Уральских гор (устье Баранчи) на нем стояли русские села, погибшие при набеге в 1573 году. Следовательно, именно в месте впадения Тагила в Туру и проходила граница Руси и Сибирского ханства. Появилась эта «точка соприкосновения», скорее всего, в 1555-1557 годах, когда правитель Сибири Едигей-бек признал себя вассалом Русского государства.

Именно маршрут Чусовая-Серебрянка-волок-Баранча-Тагил-Тура и был основной дорогой в Сибирь. По нему в 1573 году подступали к Строгановским острогам на Чусовой татары, а в 1582 году прошли казаки Ермака. В 1584 году был основан первый русский городок за Уралом – Верхнетагильский. Государева дорога в Сибирь в течении пяти лет проходила по вышеперечисленным рекам. Но в 1589 году после приведения к покорности Пелымского княжества главный путь в Сибирь перенесли на маршрут Вишера-волок-Лозьва-Тавда, а Верхнетагильский городок разрушили.

Река Тура, оказавшись на время в стороне от главной транспортной артерии, оставалась районом сбора ясака. Весь ее бассейн административно был подчинен городу Тюмени, основанному в 1585 году. К концу 90-х годов государева дорога вернулась на Туру, но не через Тагил, а через верховья самой Туры. По фамилии первооткрывателя ее принято именовать Бабиновской. Таким образом вся река от верховьев до устья на несколько десятилетий стала главной и практически единственной русской дорогой в Сибирь. Возникновение на Туре новых городов – Верхотурья (1598 год) и Туринска (1600 год) привело и к созданию новой административной системы Западной Сибири. Бассейн реки Туры, бывший ранее в ведении Тюмени, оказался разделенным на три уезда. Отсутствие системы населенных пунктов и сухопутных дорог продиктовало размежевание уездов по водоразделам рек. В результате Верхотурью стали подведомственны верхнее течение Туры (до устья Тагила) и Тагил со всеми притоками, Туринску – среднее течение Туры (от устья Тагила до устья Ницы) и огромные территории бассейнов её притоков – Ницы, Нейвы, Режа и т.д.

Статус новых городов изначально был различным, что и продиктовало во многом их дальнейшую судьбу. В Верхотурье была создана таможня, контролировавшая потоки людей и товаров в Сибирь и обратно, что сразу поставило город в особое положение. Туринск же изначально рассматривался скорее как ямская станция, чем как административный центр. Первые управители Туринска даже не имели ранга воевод, довольствуясь положением письменных голов. Только назначение в Туринск в 1606 году Ивана Никитича Годунова повысило статус города, поскольку царскому родственнику было совсем уж не к лицу служить в письменных головах.

Но повышение ранга управителя не добавило значимости самому городу. Разница в статусе городов быстро привела к изменению границ подведомственных территорий в пользу Верхотурья. В 1619 году произошло первое внедрение верхотурских поселенцев в туринские земли – в район слияния Нейвы и Режа. После недолгого разбирательства в 1621 году именно эту точку признали границей двух уездов. Но верхотурские власти продолжали ставить новые поселения на подведомственной Туринску территории. В 1626/27 году основана Ницынская, а в 1630/31 – Ирбитская слободы. Технология захватов была простой. Сибирским гарнизонам требовался хлеб и другие продукты сельского хозяйства. Одним из показателей деятельности воевод было увеличение числа хлебопашцев и размеров пахотных земель. Власти Верхотурья, находясь на начале переселенческих путей, просто перехватывали всех желающих крестьянствовать и селили их от своего имени, получая соответствующее поощрение от правительства.

Но не только Верхотурье теснило Туринск. Власти Тобольска, пользуясь статусом своего города, являвшегося административной столицей Сибири, еще более беззастенчиво перекраивали границы уездов в свою пользу. Если Верхотурье захватывало земли ещё не охваченные крестьянской колонизацией, то в 1626/27 году из Тобольска «учали ведать» Чубарову слободу, основанную туринскими властями в 1622/23 году. В результате к середине 1630-х годов юго-западные границы Туринского уезда сократились до линии водораздела Туры и Ницы, а южные отодвинулись от устья Ницы до современного села Сладковского. Туринск вынужден был мириться с таким положением. Только в 1639 году воевода Никита Васильевич Кафтырев попытался восстановить хотя бы частично позиции Туринска на Нице. Несколько лет переписки окончились в 1644 году признанием реально сложившихся границ.

Как сама государева дорога, так и гарнизоны на ней нуждались в хлебе. Поэтому очень скоро вдоль главного пути в Сибирь появились и земледельцы.

Первые переселенцы в пашенные крестьяне Верхотурского уезда известны уже в 1599 году. Сначала деревни ставились в непосредственной близости от города по реке Туре. Уже через двадцать лет после основания Верхотурья на Туре насчитывалось несколько десятков поселений. Но ниже по реке начинались заболоченные места и направление расселения изменялось к югу - на Тагил и его притоки. Болота по Туре тянулись почти до самого Туринска, что препятствовало освоению этих мест. Единственная слобода между устьем Тагила и Туринском – Благовещенская – была поставлена не на Туре, а на её притоке Сусадке, где было «высокое поле». Ниже Туринска снова начинались подходящие для пахоты земли, которые постепенно осваивались крестьянами.

На юге Туринский уезд изначально граничил с Тюменским. Но тобольские власти сдвинули рубежи в свою пользу и большая часть современного Слободо-Туринского района осваивалась из Тобольска. Здесь была основана Туринская слобода, занимавшая земли вдоль вдоль Туры от деревни Андроновой до деревни Красный Яр.

Еще ниже – уже в Тюменском уезде - находилось владение Тобольского архиепископа – Усть-Ницынская слобода. В 1617 году это место было пожаловано под пашню тюменским и туринским жителям. Но в 1620/21, то есть, сразу после основания архиепископства в Тобольске, устье Ницы было отдано под пахоту Софийскому владычному дому. Причем земли присмотрел лично владыка Киприян, когда ехал в Тобольск. В ближайшие же годы владения архиепископа были в несколько раз увеличены.

Но основным использованием Туры было не сельское хозяйство, а перемещение вдоль ее берегов людей и грузов. Государева дорога независимо от воеводских амбиций и изменения рубежей уездов продолжала выполнять роль главного русского пути в Сибирь. Естественно, что именно от нее изначально формировалась сеть остальных дорог и в конечном итоге – вся система населенных пунктов Зауралья.

Болота в среднем течении Туры препятствовали не только сельскому хозяйству, но и передвижению. Зимой как болота, так и сама река замерзали, что позволяло ездить беспрепятственно. Но летом и особенно осенью дорога вдоль Туры была по определению самих ямщиков «крива и летом водяна и грязна… и гоняти тое дорогою немочно, лошади с воды и з грязи озябают» и вскоре начались поиски более удобного пути. Уже в январе 1602 года по челобитью туринских ямщиков царским указом было велено ясачным татарам, чтобы они «от Туринского острогу до Тагильсково устья дорогу розыскали и указали, куды ближе и прямее и суше ездити к Верхотурью». Естественно, верхотурские ямщики последовали примеру туринских и позаботились о перенесении своей части дороги на более удобный маршрут. В результате новая дорога в Сибирь километрах в 20 от Верхотурья сворачивала от Туры на юг и через волок выходила на Тагил немного ниже впадения Мугая. О существовании этого пути сегодня напоминает название деревни Волоковой на границе Верхотурского и Алапаевского районов. Когда именно была проложена прямая дорога точно не известно, но к 1612 году она уже существовала. С этого года по Тагилу и Мугаю возникают ямские, а чуть позже и крестьянские деревни. К 1624 году здесь насчитывалось уже около сотни ямских, крестьянских и церковных дворов.

Именно через Тагильскую слободу в течении всего XVII века шло главное движение в Сибирь и обратно. Здесь же, естественно, проживали и те, кто осуществлял перевозки - ямщики. Перепись 1680 года насчитывает в Тагильской слободе 156 ямских дворов, в то время как в верхотурском подгородье их было всего 15.

По мере освоения зауральских пространств прокладывались новые пути, но значимость их была гораздо скромнее главной государевой дороги вдоль Туры. Еще в 20-е – 30-е годы XVII века были полностью охвачены крестьянским освоением берега Нейвы и Ницы. Но только к 60-м годам появилась надобность иметь здесь постоянных ямщиков. В 1661/62 году пять крестьянских дворов Ницынской слободы были взяты в «ямскую гоньбу». К 1666 году их насчитывалось девять. В Ирбитской слободе в это время было всего две семьи ямщиков. И хотя число ямских охотников в слободах по Нице постоянно увеличивалось, с главной дорогой в Сибирь параллельный ницынский путь сравнивать не приходится: в 1682 году присягали на верность новым государям в Ницынской слободе 35, в Ирбитской - 10 ямщиков и членов их семей.

У властей и жителей Верхотурского уезда была потребность ездить не только на запад - в Россию и на восток - в Сибирь, но и на юг – в степи современного Казахстана, населенные в XVII веке преимущественно калмыками и называемые в русских документах Калмацкою степью. Соответственно и дорога называлась Калмацкой. Каждое лето караваны из сибирских городов ездили на соляные озера за солью – важнейшим товаром, который, наряду с деньгами и хлебом, ежегодно выдавался служилым людям. Начинаясь от государевой дороги в Тагильской слободе, Калмацкая дорога шла на юг вдоль Мугая и Режа. Далее её маршрут прослеживается по многочисленным Калмацким бродам – на Реже (у деревни Липино), на Бобровке (село Покровское), на Пышме (село Новопышминское). Исеть дорога пересекала в районе современного Катайска.

Сквозь Уральский хребет, конечно, были кроме Бабиновской и другие дороги. В связи с переносом путей не исчез Тагильский волок. И им, естественно, пользовались нелегальные переселенцы и контрабандисты. Около 1670 года была создана Верх-Тагильская слобода (выше устья Салды), жители которой спустя десять лет, в 1680/81 году, жаловались властям «что слобода построена не на проезде, приезжих и прохожих людей не бывает, купли и продаж мало…». То есть, возродить старую дорогу через Тагильский волок не удалось.

В переписи 1624 года упомянута «Чусовская дорога», начинавшаяся недалеко от Верхотурья. По ней, очевидно, осуществлялась связь с ясачными волостями на Чусовой и верхней Уфе, входившими в состав Верхотурского уезда. Позже эта дорога в документах именовалась чаще «русской», то есть, ведущая «в Русь». В 1671 году на месте пересечения русской дорогой реки Тагил, в черте современного города Нижнего Тагила, была поставлена застава из двух казаков, сразу же перехватившая семью «нелегалов». Но какого-либо заметного движения и по этой дороге не наблюдалось.

Наиболее заметным из «обходных» путей была Казанская тропа, проходившая южнее современного Екатеринбурга, по линии Горный Щит-Арамиль и далее вдоль Исети. Легально ею пользовались служилые люди ( в первую очередь гонцы), нелегально – все остальные. К середине XVII века движение в обход верхотурской таможни приобрело нежелательные размеры. Перед верхотурскими властями, осуществлявшими таможенные функции, встала задача контроля над Казанской тропой. Местом нового опорного пункта была выбрана точка пересечения Казанской тропы с Калмацкой дорогой, где на левом берегу Исети был основан острог, получивший название Катайского (ныне - город Катайск Курганской области). Датой его основания считается 1655 (иногда 1656) г. В историографии встречается версия, что в 1656 году было основано Катайское село, только в 1659 году ставшее острогом. Перепись Катайского острога 1666 года показывает, что первые служилые были переведены в Катайск в 1656/57 году.

Монопольное положение верхотурской таможни на этом закончилось. А вскоре верхотурским властям пришлось поделиться и таможенными функциями – Катайский острог в 1668 году был переподчинен Тобольску. Но и после этого главной дорогой в Сибирь ещё долго оставался путь вдоль Туры, поскольку движение по Казанской тропе ещё долго сопровождалось опеределенными неудобствами – необустроенность дороги, отсутствие населенных пунктов, опасность нападения башкир.